Интересно раскрываются в процессе скандала способы обмана, используемые К. Шлямовым, и его личностные качества. В февральской статье в желтой газете он безошибочно указывает в своих обвинениях Ю.Т. Руденко и А.В. Константинова. В течение месяца, очевидно после знакомства с реакцией на его статью, до него дошло, по-видимому, на какие статьи выводит его статья. И, вот, в тексте своего комментария в соцсети под сообщением о предстоящем восхождении на гору Палласа 17 марта он приводит странные фамилии Руленко и Косиантинова. Мол, некий Руленко и Консиантинов что-то говорили насчет Тимура Жалсарайна! Неужели у него кнопки западали, когда хотел в очередной раз написать гадость о Ю.Т. Руденко и А.В. Константинове? Как так получилось тогда, что кнопки не западали в остальном тексте? Без обмана и искажений не интересно? Или решил воспользоваться искажением фамилий, т.к. понял, что  "в законе за это предусмотрена административная и иные виды ответственности" - цитата из его статьи. В чем проблема настаивать на своей правоте, когда обладаешь фактами стремления Ю.Т. Руденко вымарать фамилию Жалсарайна и затмить его имя? Может быть факт существования у Ю.Т. Руденко 14 публикаций с упоминанием Т.У. Жалсарайна заставил К. Шлямова призадуматься, наконец-то, над своими гнусными словами и их подследствием? Так, смотришь, Шлямов и вовсе откажется от своих слов, безосновательно порочащими честь и достоинство других людей, и будет твердить "я - не я, и лошадь не моя", "писал я вовсе не о Ю.Т. Руденко и А.В. Константинове, а о Руленко и Консиантинове". Похоже, такой он человек.

Еще следует добавить. Учитывая ошеломительные масштабы искажения фактов К. Шлямовым, отмеченные в его статье, а также искажение им фамилий в данном комментарии, задаюсь вопросами: 1) говорили ли вообще некие Руленко и Консиантинов что-либо подобное в отношении сохраненния памяти Жалсарайна; 2) если и говорили, то в том ли контексте, что в комментарии К. Шлямова; 3) знает ли хотя бы кто-то кроме К. Шлямова неких Руленко и Консиантинова (имя и отчество их неизвестны), которые говорили что-то о сохранении памяти о Тимуре Ухиновиче? Доверия К. Шлямову нет никакого.

 Петр Матафонов

18 марта 2021 г.